Краткое жизнеописание представлено в фотокопии брошюры-некролога. Далее рассказ Марии Петровны об отце.

Окончил духовную Вифанскую семинарию первым учеником и должен был быть послан на казенный счет в Духовную Академию. Но он считал, что как единственный сын, он должен был содержать стареющих родителей. Поэтому он отправился к митрополиту Филарету, как назначенный на казенный счет в Духовную Академию и предложил на свое место своего товарища Коптева, а для себя попросил место в Москве. Филарет назвал его "дураком" и предложил ему место дьяка у Петра и Павла на Якиманке под начало своего зятя протоиерея Цветкова, женатого на его сестре племяннице (прим. автора сайта - Сергей Дмитриевич Цветков был женат на Евдокии Никитичне Дроздовой, родной племяннице митрополита Филарета), а в невесты ему предложил дочь умершего протоиерея ц. Флора и Лавра на Мясницкой, тоже, кажется его родственника, и прибавил: "отказываешься от места в Духовной Академии, чтобы содержать своих родителей, так и содержи оставшуюся после прот. Хавского семью".

Характер имел, вероятно, честолюбивый. В юности собирался пойти в монахи, но отец его за это выдрал и заявил, что он должен его под старость содержать. Вино очевидно любил, но пьяным я его никогда не видела, но он каждый день перед обедом выпивал рюмку водки. Любил играть в преферанс, но не на деньги и только в кругу семьи. Но мамаша мне говорила, что она оттого и оторвала его от его родственников Кастальских и Афонских, чтобы он не сделался пьяницей и картежником. Он был очень вспыльчивый.

Был он очень гостеприимен, вспоминаю как собирались на его именины обедать человек 40 разных священников с женами, родственники Кастальские и Афинские. Помню как за несколько дней начинали готовить этот званый обед: заливали рыбу, делали соуса, подливки, жарили рыбу, накупали закусок, пекли пироги и кулебяки. Утром в день именин 21 декабря к нам приносили штук 40 разных тортов с поздравлениями, а часа в 3 съезжались гости на обед. Стол накрывали очень большой "глаголем", в зале, которая была очень большая.

Мы дети с приезжими детьми обедали в столовой, где тоже накрывали большой стол. Вечером гости беседовали и играли в карты, кто помладше танцевали, а мы дети мешались у них под ногами.

По внешности отец был невысокого роста, худощавый с впалой грудью, с большой головой, выпуклым лбом, большой залысиной. У него было больное сердце, порок его, и вероятно этим вызывалась его вспыльчивость. Иногда у него от слабости совсем пропадал голос. Еще у него был геморрой и желудочная болезнь. Но лечиться он не любил. Умер от разрыва сердца. Перед этим у него сильно болел желудок, но он стал поправляться и пошел в баню. Он очень любил париться в горячей бане на полке. Из бани он еле дошел домой и умер через час или два.

Производил он впечатление не московского дьякона, а потом священника, а деревенского. Был он прост и любил людей простых, и простые бедные люди его очень любили. Очень был дружен со своими деревенскими тетками из Коломенского. Очевидно и к делу он относился очень хорошо, видя в нем служение народу, не заискивал перед сильными мира сего, а попы у которых он был под началом, на нем ездили, его труды эксплуатировали. Очень любил детей и дети его очень любили и на уроках Закона Божия и вообще. Он очень любил природу и тянулся к ней. До старости любил собирать в лесу грибы и цветы. У себя в саду насадил яблоней, груш, слив, малины разных сортов. Любил за ними ухаживать, окапывать, собирать ягоды для варенья и пастилы. Сам снимал яблоки и груши, подвязывал малину, чистил дорожки и т.п. Мы дети ему в этом подражали. Животных он не очень любил, но все же у него всегда были кошки, а во дворе цепные собаки.

Говорят, сам он с мамашей помогали плотнику перестраивать дом, который он купил у прежнего дьякона, когда поступил на место. Дом этот стоит и сейчас (прим. - строки написаны в начале 20 века), говорят построен был еще до нашествия на Москву французов.  Любил он говорить об иконе в церкви Петра и Павла, которую прострелили французы, когда стояли конюшней в церкви в 1812 году.

(текст из записок Марии Петровны Розановой, дочери отца Петра).

 

Некоторые данные из документальных источников:

Детство - Воскресенск, запись в клировых ведомостях Воздвиженской церкви, где служил Павел Иванович - отец Петра Павловича. Отцу Петру 4 годика.

Священником стал в 1901 году в той же церкви Петра и Павла.

В метрических книгах есть его автограф, например в МК ц. Петра и Павла на Калужской улице (у Калужских ворот) за 1884 год (со стр 405).

В 1872 году крестил сына Алексея https://cgamos.ru/metric-books/203/203-750/203_750_1/?sphrase_id=86835#images (стр 482), в 1884 - Сергея.

 

Упоминание в справочнике Москвы за 1901 год - http://arc.familyspace.ru/archive/Moskva_1901_2/p371 (стр. 371, 4 столбец, середина), в том же доме жил и Павел Петрович Розанов, сын отца Петра, инженер-механик